Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Армия РФ заявила о захвате еще трех населенных пунктов под Авдеевкой, от чего будут зависеть ее дальнейшие успехи. Главное из сводок
  2. Чиновники вводят очередные изменения по «тунеядству». Что придумали на этот раз
  3. Авдеевка пала, на очереди Нью-Йорк? Рассказываем о значении боев за украинский город и возможном ходе событий после его захвата РФ
  4. «Ни один фильм ужасов не может передать картину, которая открылась нашим глазам». Как в Минске автобус сгорел вместе с пассажирами
  5. В Москве простились с умершим оппозиционером Алексеем Навальным. Показываем фотографии с похорон политика
  6. Силовики задержали минчанина за отрицание геноцида белорусского народа
  7. «Нас просто списали». Поговорили с директором компании, обслуживающей экраны, на которых появилось обращение Тихановской
  8. «Говорят: „Спасите“, а ты понимаешь: перед тобой труп». Поговорили с медиком из полка Калиновского о том, как на фронте спасают раненых
  9. Изнасилованная в Варшаве белоруска умерла
  10. «Любое прекращение огня пойдет на пользу России». Главное из сводок
  11. Население установило очередной рекорд, от которого у Нацбанка «дергается глаз». Ограничения не срабатывают
  12. Паспортистка сорвала отпуск семье минчан — МВД пришлось заплатить больше 8000 рублей. Что произошло


Среди сотрудников посольства Беларуси в России можно встретить немало удивительных имен. Например, 1 сентября на должность советника-посланника посольства был назначен пропагандист Александр Шпаковский. До этого аналогичную должность заняла помощница Александра Лукашенко Дарья Шманай. Оба не имели опыта работы в дипломатической сфере, но сразу стали одними из главных людей в учреждении. Трудоустроен в дипломатическом представительстве и, предположительно, сын главы КГБ Мирослав Тертель. Рассказываем, как работает самое крупное посольство Беларуси и чем все эти люди там занимаются.

Здание посольства Беларуси в Москве. Фото: сайт посольства Беларуси в России
Здание посольства Беларуси в России (Москва). Фото: сайт посольства Беларуси в России

«Шпаковский вскочил на ступеньку, до которой карьерным дипломатам пришлось бы расти около 15−20 лет»

Список сотрудников посольства Беларуси можно найти на сайте российского МИД. Судя по всему, какое-то время он не обновлялся: например, в списке нет Александра Шпаковского, который с сентября занимает должность советника-посланника, сменив на этом посту Павла Легкого.

Всего в штате посольства два советника-посланника (Александр Шпаковский и Дарья Шманай), еще семь старших советников, 20 обычных и 15 секретарей разных рангов.

Советник-посланник — вторая должность после самого посла, а Александр Шпаковский и Дарья Шманай заняли ее без всякого дипломатического опыта.

Более опытные дипломаты — бывший посол в Молдове Сергей Чичук, бывший посол в Болгарии, Греции и Кипре Владимир Воронкович, бывший посол по особым поручениям МИД Игорь Милидович — занимают должности рангом пониже. Нынче все они — старшие советники в белорусском посольстве в России.

— Для простоты понимания должности в посольствах можно сравнить с воинскими званиями — они указывают на место человека в дипломатической иерархии, — объясняет экс-дипломат и аналитик Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Павел Слюнькин. — На ее вершине условный «генерал» — посол. Затем идет его заместитель, «полковник» — советник-посланник (в посольстве РБ в России их два). Далее вниз по пирамиде иерархии: «подполковники» — это старшие советники и обычные советники, «майор» — первый секретарь, «капитан» — второй секретарь, «старший лейтенант» — третий секретарь и «лейтенант» — атташе. В разных странах наименование некоторых должностей и протокольное старшинство может отличаться, но общая система очень похожа. Например, где-то нет должности старшего советника, а где-то есть позиция министра-советника (аналог советника-посланника).

Эксперт говорит, что назначение Александра Шпаковского на должность советника-посланника необычно — «он вскочил сразу на ступеньку, до которой карьерным дипломатам пришлось бы расти около 15−20 лет».

— Сложно определить амплуа Шпаковского: журналист, пропагандист, политический аналитик? — рассуждает Павел Слюнькин. —  В зависимости от ваших политических взглядов ответы будут отличаться. Таких назначений на дипломатические должности раньше не было. Как правило, назначали все-таки людей из госсистемы. Шпаковский, конечно, в какой-то степени был аффилирован с государством, но не являлся частью госаппарата. Дипломатического опыта у него нет, образование тоже непрофильное (Александр Шпаковский закончил исторический факультет БГПУ им. Максима Танка и юридический факультет БГУ. — Прим. ред.).

Александр Шпаковский. Фото: sb.by
Александр Шпаковский во время выступления на радиостанции «Альфа-Радио». Фото: sb.by

При этом, по мнению экс-дипломата, назначение Дарьи Шманай выглядит более логичным.

— Она как раз работала в госсистеме, была сотрудницей Администрации президента (известно, что Дарья Шманай работала в службе делового протокола. — Прим. ред.). Напрямую взаимодействовала с Александром Лукашенко во время его заграничных поездок. Ее кандидатуру мог пролоббировать кто-то из руководства администрации, или сам Лукашенко был доволен работой Дарьи и предложил продолжить карьеру в дипломатии.

Дарья Шманай (справа) и замглавы дипмиссии Израиля в Москве Юлия Рачински-Спиваков в сентябре 2023 года. Фото: сайт посольства Беларуси в России
Дарья Шманай (справа) и замглавы дипмиссии Израиля в Москве Юлия Рачински-Спиваков в сентябре 2023 года. Фото: сайт посольства Беларуси в России

Должность секретаря в посольстве занимает Мирослав Тертель. Вероятно, это сын нынешнего главы КГБ Ивана Тертеля. Инициатива «Честные люди» со ссылкой на свои источники писала, что Мирослав начал работать в МИД в 2021 году и «почти сразу был повышен до первого секретаря посольства в РФ» (в списке на сайте российского МИД он значится как второй секретарь). BYPOL сообщал, что Мирослав Тертель, как и его отец, служит в КГБ.

По словам Павла Слюнькина, назначение в посольства детей чиновников «по блату» — нехарактерная ситуация для белорусского МИД.

— В целом система МИД всегда была довольно меритократичная (модель управления, при которой высшие должности занимают наиболее способные люди, безотносительно социального происхождения или достатка. — Прим. ред.), — замечает Слюнькин. — Случайных людей в ней раньше работало немного. Например, студенты-старшекурсники имели шанс устроиться на дипслужбу по итогам практики в МИД. Но для этого надо было хорошо себя проявить и успешно сдать вступительные экзамены на службу. Однако далеко не всегда в структурах МИД есть вакансии, доступные для кандидатов извне. У детей чиновников, конечно, в данном случае есть преимущество, но обычно они проходят такой же путь, как и все остальные.

«Работа в посольстве — шанс повысить социальный статус и получить неплохую прибавку к зарплате»

Павел Слюнькин характеризует назначение Шпаковского и Шманай как «поощрение за их работу».

— Тут надо понимать одну вещь, — объясняет он. — Белорусские чиновники (за исключением самых высоких позиций — министров или вице-премьеров) получают весьма скромные зарплаты. Условный белорусский айтишник на позиции middle может зарабатывать в разы больше. Работа в посольстве — это шанс для госслужащих повысить как свой социальный статус, так и получить неплохую прибавку к зарплате. В зарубежных командировках чиновникам платят в разы больше, чем в Минске. Так что, как мне кажется, в обоих вышеупомянутых случаях мы говорим о поощрении за работу.

Какой круг обязанностей закреплен за новоиспеченными дипломатами — точно не известно. Однако, как замечает Павел Слюнькин, вряд ли даже при всех заслугах их отправили на хорошую должность и зарплату как «почетных пенсионеров». Так или иначе за каждым сотрудником закреплены определенные функции, и он несет за них персональную и профессиональную ответственность, добавляет он.

— Обычно советники-посланники, которые выполняют функции заместителей посла (если их два, как в посольстве в России), распределяют между собой два основных направления работы: экономическое и политическое (к ним присоединяются еще информационное, протокольное и другие). Неизвестно, насколько Дмитрий Крутой (нынешний посол Беларуси в России) доверяет своим замам, удовлетворен результатами их работы. У Шпаковского, например, совсем нет дипломатического опыта, а его поставили сразу на очень высокую должность. При этом Александр продолжает свою публичную деятельность, высказываясь на темы мировой политики, региональных конфликтов и внутренних событий, что нехарактерно для белорусских дипломатов, которые обычно предпочитают избегать публичности и держать личное мнение при себе, — замечает Слюнькин.

«Такое маленькое „министерство“ за границей»

Посольство Беларуси в России, по словам Павла Слюнькина, и раньше часто было местом работы для «некарьерных» дипломатов.

— В белорусском МИД есть управление, сотрудники которого занимаются российским направлением. Однако в силу специфики и размера посольства в Москве там работают специалисты из разных областей. Например, для решения консульских вопросов в большинстве случаев не надо глубоко разбираться в особенностях политической или культурной ситуации в иностранном государстве. Чтобы продвигать экспорт, тоже не нужно быть изысканным дипломатом и разбираться в тонкостях политики. Должности экономических советников в посольстве вполне могут занимать, например, бывшие чиновники Министерства промышленности или сельского хозяйства. Поэтому часто посольство в России служило профессиональным трамплином для некарьерных дипломатов — тех, кто не получил профильного образования, не имеет дипломатического опыта и плохо владеет иностранными языками. Похожая ситуация наблюдалась в белорусских посольствах и в других странах постсоветского пространства, объясняет он.

Интерьеры здания посольства Беларуси в России. Фото: сайт посольства Беларуси в России
Интерьеры здания посольства Беларуси в России. Фото: сайт посольства Беларуси в России

При этом на позицию посла в России (из-за стратегической важности этого направления) всегда назначали людей «с политическим весом», как правило, из ближайшего окружения Александра Лукашенко (например, Владимир Семашко или Андрей Кобяков).

— Посольство Беларуси в России всегда было самым крупным, с большим штатом. Такое маленькое «министерство» за границей. Причины очевидны: экономика нашей страны очень сильно связана с Россией, а внешнеэкономические вопросы (в частности, торговля) — часть работы дипломатов за границей, — говорит экс-дипломат и добавляет, что на должность посла нужны люди, которых в Москве будут принимать не только на уровне МИД, а хотя бы на уровне правительства.

Совсем не удивительно, замечает Слюнькин, что сейчас посольство Беларуси в России активно расширяется и открывает филиалы в разных городах.

— Для Беларуси Россия сейчас — ключевой партнер, от которого зависит огромное количество вещей: от общей макроэкономической стабильности до состояния отдельных секторов экономики. Часто сотрудничество Беларуси с российскими областями более всестороннее и объемное, чем с некоторыми независимыми государствами (в Африке, Латинской Америке или Азии, например). Российские губернаторы имеют довольно широкие экономические полномочия, поэтому открытие отделений посольства в разных регионах выглядит довольно логично.

Экс-дипломат добавляет, что в этих филиалах, как правило, работают один-два дипломата, главная функция которых — налаживать экономические отношения с регионом и продвигать белорусскую продукцию на местный рынок.